20 лет путинской стабильности

В пятницу, 9 августа, исполнилось двадцать лет с момента прихода Владимира Путина к власти. Именно в этот день в далёком 1999 году Борис Ельцин назначил его на пост премьер-министра, отправив в отставку Сергея Степашина.

Пять лет назад Русская служба «Голоса Америки» занялась сбором высказываний от российских и зарубежных политических деятелей, экспертов, политологов, аналитиков и общественных деятелей. Все они рассказали о том, что для страны сделал Владимир Путин, а в чём российский лидер был не прав. Прокомментировал правление Владимира Владимировича и Борис Немцов.

«России наплевать на международные обязательства»

Бориса Немцова убили прямо в центре столицы. Тогда в Санкт-Петербурге прошло множество акций в память бывшего вице-премьера, на которые приходили и знавшие его лично, и неравнодушные петербуржцы. На самом первом митинге присутствовала Наталья Евдокимова, член Совета при президенте по развитию гражданского общества и правам человека.

Правозащитница считает, что наибольшая ошибка правительства – это «#Крымнаш», поскольку Россия продемонстрировала наплевательское отношение к международным обязательствам. Кроме того, действия власти привели к расколу общества надвое, а любые высказывания о связанных с полуостровом вещах воспринимаются едва ли не как проявления экстремизма.

Наталья Евдокимова также подчеркнула, что принцип правительства «разделяй и властвуй» приводит к тому, что общество становится всё более неконсолидированным. Из-за этого страдает внешняя политика России, ведь даже ближайшие союзники — Казахстан и Белоруссия — перестали поддерживать путинскую политику. Нечего говорить о других странах, для которых РФ – это первый мировой агрессор.

Почему в путинской России всё стабильно плохо

Прокомментировал правление Путина и Валерий Борщев, один из председателей Московской Хельсинской Группы (МГХ). Он отметил, что действующий президент пришёл к власти достаточно двояко, однако большая часть населения поддерживала Владимира Владимировича.

По его мнению, радостно приветствовали нового лидера из-за того, что в девяностых годах уровень жизни находился едва ли не на отрицательном уровне, люди утомились от такого положения дел, поэтому новый человек в правительстве казался им «глотком свежего воздуха». Нельзя отрицать, что ситуация в Чечне при Путине улучшилась, жизнь в государстве стала более стабильной.

Валерий Борщев вспоминает, что первым решением тогда ещё премьер-министра было упразднение комиссии по помилованию при президенте. Тогда член МГХ входил в её состав, поэтому может наверняка утверждать, что это решение было важным знаком, так как комиссия принимала по 10-12 тысяч решений ежегодно, сейчас их количество едва ли дотягивает до пары десятков.

Высокие рейтинги Владимира Владимировича обоснованы противоречиями в обществе, именно это позволило Путину плотно укрепиться при власти. Политический деятель подчеркивает, что наступил властный кризис, в том числе и президентский, граждане массово выражают своё недовольство. Именно это, по мнению диссидента, и есть итогом правления российского лидера.

Ельцин не думал, что Путин  будет у власти 20 лет

Федор Крашенников, известный в России политолог, уверен, что решение первого российского президента о назначении своим преемников Владимира Путина является его самой большой ошибкой.

Крашенников предполагает, что Ельцин и его ближайшее окружение было уверено, что Путин станет временным человеком в правительстве, который уйдёт в отставку спустя несколько лет, однако это был очевидный просчёт. Сейчас у власти находится человек, для которого президентский пост – главная самоцель.

Политолог уверен, что в ближайшее время конституция должна быть изменена, поскольку из-за технической ошибки нигде не сказано о том, что один и тот же человек может быть лидером страны так долго (Путин не находился на посту президента лишь с 2008 по 2012 год, однако тогда он занимал пост премьер-министра).

Федор Крашенников уверен, что ни в одной стране долгое правление одного и того же человека не привело ни к чему хорошему, поэтому в будущем перемен ждать не стоит. Лично о себе политический эксперт отметил, что у него есть чувство, как будто двадцать лет его жизни были похищены, ведь он мог прожить их в совершенном другом государства и обществе, где выборы проходили бы открыто, а власть менялась бы.