50-летие ликвидации Пурпейского газового фонтана

В 60-е годы подразделения Главного Тюменского производственного геологического управления (Главтюменьгеология) вели активные геологические изыскания на севере Тюменской области. В 1964 году, на основании геофизических данных на Пурпейской площади, на берегу реки Пяко-Пур в 80 километрах от города Тарко-Сале была заложена разведочная скважина Р-101 проектной глубиной 3,2 тысячи метров.

В январе 1965 года началось бурение. После достижения отметки в 700 метров дежурная вахта начала подъем бурильной колонны с целью замены сработанного долота. В ходе этих работ примерно в 4 часа утра начались внезапные сильные газопроявления, перешедшие в открытое фонтанирование. Персонал успел погасить топку котельной и заглушить все двигатели, после чего люди были эвакуированы на безопасное расстояние. Газ фонтанировал на 50 метров выше буровой вышки, из скважины вылетали куски породы, стоял страшный рев. Спустя полчаса в 60 метрах от буровой образовались два газовых грифона. В 07:30 фонтан воспламенился, высота огня достигала 200 метров. Уже через 10 минут огонь разрушил буровую, а в образовавшемся кратере исчезло все оборудование.

По рассказам ликвидаторов, горящий фонтан был грандиозным, эдакий солнечный протуберанец на Земле. По краям его периодически возникали огненные смерчи. Подойти ближе 200 метров к огню было невозможно — начинала дымиться одежда.

Кратер шириной 600 метров соединился с рекой Пяко-Пур. Диаметр и высота огненного столба достигали сотни метров. Суточный дебит фонтана был на уровне 15 миллионов кубических метров газа. Стоял страшный шум, земля дрожала. В 50-градусные морозы вблизи фонтана наступила весна — распустились листья на березах, лед на реке растаял на 60 километров вниз по течению, вода нагрелась. Ликвидаторы вылавливали из реки вареную рыбу.

Как рассказывал главный механик главка Н. И. Савин, какое-то время ликвидаторы ошеломленные бродили вокруг фонтана, пытаясь определить место расположения устья самой скважины. После многочасового мозгового штурма приоритетным вариантом ликвидации аварии было выбрано бурение наклонной скважины, ликвидаторы решили «задавить» фонтан.

Руководителем работ по ликвидации фонтана был назначен главный инженер Главтюменьгеологии Владимир Викентьевич Соболевский. Он произвел нужные расчеты и сформировал команду ликвидаторов, в которую вошли Н. И. Савин, а также буровые мастера П. Г. Кожевников, В. С. Пономарев, Б. А. Фомин и другие. Ответственным исполнителем был назначен Н. И. Григорьев. Место происшествия посещали государственные и партийные начальники, которые усомнились в способности команды Главтюменьгеологии ликвидировать такую аварию. Были приглашены ведущие специалисты отрасли, однако на способ тушения это уже не повлияло.

Стоит отметить, что обычные пожары на нефтяных и газовых скважинах почти всегда имеют устье, из которого извергается газ или нефть, а само тушение производится наземным воздействием на этот первоисточник — устье заливают водой или сдувают огонь реактивными установками. Пурпейский же фонтан явил настоящую мощь ямальских недр: помимо того, что он был грандиозен по объему извергаемого газа, он был еще и кратерного типа — воздействовать на устье не было никакой возможности.

Из истории: менее мощный газовый фонтан в Узбекистане на Урта-Булакском месторождении горел три года и был погашен только с помощью подземного ядерного взрыва.

Согласно записям В. В. Соболевского, ликвидацию фонтана осложняло отсутствие данных по глубине газоносного пласта и расстоянию до аварийного ствола. Для изучения геологического разреза, глубины залегания и мощности газового пласта ликвидаторы решили сначала пробурить оценочную скважину, а уже затем наклонную. Фонтан планировали заглушить жидкостью, закачиваемой через наклонную скважину. Соединение наклонного ствола с аварийным должно было произойти путем гидроразрыва непроницаемой породы выше кровли газового пласта. При этом бурение вблизи фонтана было рискованным из-за кратера, наполненного кипящей водой, и постоянных газопроявлений.

Необходимое оборудование весом в 2 тысячи тонн доставляли в Тарко-Сале тяжелыми транспортными самолетами АН-12 и далее к месту аварии большими вертолетами Ми-6.

Бурение оценочной скважины началось 24 апреля 1965 года под руководством Н. И. Григорьева и завершилось 20 мая. В ходе подготовки к бурению наклонной скважины начался весенний паводок, который затопил район происшествия, часть оборудования оказалась под водой. Паводок продолжался более 20 дней. Когда вода спала, ликвидаторы обнаружили, что кратер увеличился в диаметре и подошел к основанию буровой установки.

После укрепления фундаментов бригада забурила наклонную скважину. Когда длина ствола скважины достигла 700 метров, начались газопроявления. Проходку решили закончить на глубине 705 метров и начать гидроразрыв в интервале 706–708 метров. После закачки в скважину 25 тысяч кубометров воды огонь несколько уменьшился, но затем восстановил свою силу. Возникли опасения, что закачиваемая вода уходит в сторону. Руководитель Главтюменьгеологии Ю. Г. Эрвье предложил проверить наличие связи между наклонной и аварийной скважинами с помощью закачки чернильного раствора, который позже был обнаружен в кратере горящего фонтана, что подтвердило эффективное соединение. Закачку воды продолжили и в конце августа фонтан заглох, но через несколько часов ожил с прежней силой — его подожгли из ракетницы.

Был уже конец северного лета, перспектива близких морозов вынудила бригаду предпринять отчаянную попытку «задавить» фонтан буровым раствором. После закачки раствора фонтанирование прекратилось. Ликвидаторы не покидали района — ждали, когда горение возобновится, но по прошествии нескольких суток фонтан так и не ожил, и в Тюмень ушла радиограмма: «Вода в кратере остывает, поднимается туман, тихо, фонтан ликвидирован».

Один из самых разрушительных открытых фонтанов — Пурпейский был ликвидирован 28 августа 1965 года. Вся информация по этой аварии тогда была засекречена, газеты сообщили только об открытии нового месторождения газа. 50-летие ликвидации Пурпейского фонтана не явилось поводом для внесения его в перечень памятных дат ни Тюменской области, ни ЯНАО.

Материал составлен на основе воспоминаний Владимира Викентьевича Соболевского, главного инженера «Главтюменьгеологии», предоставленных его сыном Евгением Владимировичем Соболевским.