110 лет со дня рождения Николая Николаевича Носова

23 ноября исполняется 110 лет со дня рождения Николая Николаевича Носова (1908-1976), советского русского детского писателя-прозаика, драматурга, киносценариста.

Краткая биография Николая Носова

Николай Николаевич Носов родился в Киеве в семье актера-эстрадника. Разносторонне одаренный мальчик, Носов с гимназических лет увлекался музыкой, театром, сочинительством – наряду с шахматами, фотографией, электротехникой, радиолюбительством. Был газетным торговцем, землекопом, косарем.

В 1927–1929 гг. учился в Киевском художественном институте, откуда перевелся в Московский институт кинематографии (окончил в 1932). В 1932–1951 – режиссер-постановщик мультипликационных, научно-популярных и учебных фильмов.

Начал публиковать рассказы в 1938 году, напечатанные в журнале «Мурзилка» и составившие основу первого сборника «Тук-тук-тук» (1945). В этих произведениях Носов ввел в детскую литературу нового героя – наивного и здравомыслящего, озорного и любознательного непоседу, одержимого жаждой деятельности и постоянно попадающего в необычные, зачастую комические ситуации. Особенно широкую популярность завоевали его повести для подростков «Веселая семейка» (1949), «Дневник Коли Синицына» (1950), «Витя Малеев в школе и дома» (1951). За эту повесть Носов был удостоен Государственной премии за 1952 год.

Известность и любовь читателей получила трилогия Носова, включающая романы-сказки «Приключения Незнайки и его друзей» (1953–1954), «Незнайка в Солнечном городе» (1958) и «Незнайка на Луне» (1964–1965). В 1961 году выходят юмористические новеллы «Приключения Толи Клюквина».

Уважение к личности ребенка – отличительная черта прозы писателя. Сам Николай Носов признавался, что детским писателем стал совершенно случайно. Все началось с того, что он начал придумывать и рассказывать веселые истории своему сынишке, и дальше понял – это для него лучшее занятие, которым он бы мог заниматься. Носов начал основательно изучать не только детскую литературу, но и детскую психологию. Писатель считал, что к малышам надо относиться с любовью, теплом и большим уважением, именно поэтому его книги стали популярными у детской аудитории.

Воспоминания о семье и детстве нашли отражение в автобиографическом произведении «Повесть о моем друге Игоре»(1972), состоящее из трех частей. Третья часть этого произведения, «Тайна на дне колодца», вышла в 1977 году, когда писателя уже не было в живых. По киносценариям Николая Носова созданы кинофильмы: «Два друга», «Дружок», «Фантазеры», «Приключения Толи Клюквина», пьесы «Незнайка учится», «Незнайка-путешественник», «Незнайка в Солнечном городе».

Как Николай Носов придумал Вселенную для Незнайки

Лет двадцать назад в той среде, которую принято называть культурной, случился некоторый культурный же шок. Кто-то (уже не вполне ясно, кто именно) неизвестно зачем перечел книгу Носова «Незнайка на Луне». Прочитанное так потрясло его и тех, кому он об этом рассказал в только что родившемся рунете, что в России мгновенно родился совершенно неожиданный культ Носова.

Вернее — одной-единственной его книги. Заключительная часть трилогии о Незнайке была объявлена битком набитой глубинными смыслами, визионерством и вообще — идеальным учебником политической экономии капитализма и заодно манифестом, обличающим капитализм российский, современный. Для тех кто этот культ не заметил, напомним, в чем, собственно, дело: на Луне судьбы оказавшихся там Незнайки и Пончика складываются по-разному. Пока первый постигает на своей шкуре лунные подворотни и тюрьмы, второй пытается заняться бизнесом и поначалу даже преуспевает.

Для того чтобы объяснить своим юным читателям, что такое «акционерное общество», «биржа», «дивиденды», Носов был вынужден пуститься в пространные юмористические объяснения, которые, конечно, правдивы и убедительны, но грешат одним недостатком. О котором и забывают многочисленные поклонники «Незнайки на Луне».

Носов писал антиамериканский сатирический роман. 60-е — время второго открытия Америки советской культурой, время многочисленных книг, написанных советскими журналистами и писателями, отправленными Родиной на два–три месяца в «логово зверя» с целью рассказать об этом логове своим читателям.

Носову при распределении антикапиталистических заданий досталась — согласно специальности — детская сатира. То есть его объяснения механизмов рыночной экономики — не вранье, но к реальности они относятся так же, как носовская Луна — к настоящим США. «Незнайка», тем не менее, — великая трилогия, и, собственно, единственная причина не забывать Николая Носова. У этих книг есть по меньшей мере одна уникальная черта, о которой следует говорить и помнить.

Внук писателя Николая Носова: «Мой дед сделал из Незнайки человека»

— Маленькие человечки встречались в детской литературе и до Носова. И, видимо, ему понравилась мысль, что ребенку будет удобнее общаться с персонажем маленьким – даже по росту. Носов решил переделать героев детского журнала «Мурзилка» по-своему. В журнале были и Знайка, и Незнайка, но они не имели отличительных черт. Их взяли из дореволюционной книжки Анны Хвольсон о приключениях человечка Мурзилки, которого она тоже позаимствовала из американских комиксов. Николай Носов решил придумать свою вселенную коротышек, переселив туда некоторых персонажей. И вот получился мир малышей и малышек с яркими характерами, сложными отношениями. Его сюжеты захватывают и очень напоминают реалии той советской жизни. С одной стороны – социалистический Солнечный город, а с другой – Луна, где живут капиталисты.

— Некоторые коротышки вышли похожими на персонажей классической русской литературы. Пончик, например, имеет черты Плюшкина из «Мертвых душ»: тащит к себе все подряд. Музыкант Гусля, художник Тюбик напоминают творческих людей из окружения самого деда. Вспомним, как работал Тюбик: он создал трафарет с маленьким ртом и большими глазами и по нему рисовал всех малышек. Это была тонкая ирония над коллегами. Носов видел, что происходит в искусстве, и переносил это в жизнь коротышек. Или вспомним докторов Медуницу и Пилюлькина. Одна всех подряд лечит медом, другой – касторкой. Николай Николаевич, как и Мольер, относился к современной ему медицине скептически. И умер не от гастрита, от которого его лечили, а от сердечного приступа.

—  Отец за многое брался, был очень темпераментным, любопытным. Можно сказать, что Незнайка воплотил в себе наблюдения деда за сыном – моим отцом.