6,6 миллиарда на армейских закупках, дело «Военторга» привело в суд бывшего главу крупнейшего поставщика Минобороны

Уголовное дело «Военторга» о предполагаемом хищении более 6,6 млрд рублей при поставках имущества для Минобороны России передано в Замоскворецкий районный суд Москвы. По информации «Коммерсанта» от 10 ноября 2026 года, обвиняемыми выступают бывший гендиректор АО «Военторг» Владимир Павлов и бывший руководитель Дзержинской швейной фабрики «Русь» Дмитрий Громов.

Следствие связывает предполагаемые нарушения с исполнением 12 контрактов в 2019–2023 годах. Павлов обвинения отрицает, Громов признал их частично.

За какие поставки военным возникли претензии на миллиарды рублей

Первоначально расследование касалось закупок армейских несессеров — комплектов предметов личной гигиены, предназначенных для военнослужащих. Впоследствии круг изучаемых договоров существенно расширился.

Следователи проанализировали контракты на снабжение военных различным вещевым имуществом. Среди указанных в материалах дела категорий — обмундирование, нижнее белье, спальные мешки и другие необходимые предметы.

В общей сложности претензии предъявлены по 12 контрактам, заключенным «Военторгом» с Министерством обороны в период с 2019 по 2023 год.

По версии следствия, часть поставляемой продукции приобреталась через цепочку посреднических организаций по завышенной стоимости. В материалах, изложенных «Коммерсантом», говорится о предполагаемом превышении цен на 30–40%.

В частности, претензии касаются армейских несессеров, которые, по данным расследования, закупались в Китае. Следствие полагает, что финансовые операции с участием связанных коммерческих структур создавали условия для необоснованного увеличения стоимости поставок.

Однако размер предполагаемого ущерба, состав преступления и ответственность конкретных лиц должны быть установлены судом. Обвинительное заключение не равнозначно доказанной виновности.

Почему в деле появились сразу несколько тяжких обвинений

Фигурантам вменяют не только растрату в особо крупном размере. Согласно публикации «Коммерсанта», дело также включает обвинения в легализации денежных средств и создании преступного сообщества с использованием служебного положения.

Эти составы предусмотрены частью 4 статьи 160, статьей 174.1 и частью 3 статьи 210 Уголовного кодекса РФ.

Разница между ними принципиальна. Растрата предполагает противоправное обращение в свою пользу или пользу других лиц имущества, которое было вверено виновному. Легализация касается операций с имуществом, полученным преступным путем. Обвинение в организации преступного сообщества требует доказывания дополнительных обстоятельств, связанных со структурой и деятельностью предполагаемого объединения.

Наличие нескольких статей означает, что следствию предстоит подтвердить не только сам предполагаемый ущерб, но и механизм его возникновения, роли участников и правовую квалификацию их действий.

Позиции обвиняемых при этом различаются. Владимир Павлов отрицает предъявленные ему обвинения. Дмитрий Громов, по сведениям издания, признал их лишь частично. Какие именно обстоятельства он оспаривает или подтверждает, необходимо оценивать по материалам судебного разбирательства.

Более 140 томов и десять месяцев изучения материалов

Масштаб дела характеризуется не только суммой предполагаемого хищения. Как сообщает «Коммерсантъ», материалы расследования насчитывают более 140 томов, а ознакомление с ними заняло около десяти месяцев.

В октябре 2026 года Генеральная прокуратура утвердила обвинительное заключение. После этого дело направили в Замоскворецкий районный суд Москвы.

Место рассмотрения связано с позицией следствия относительно обстоятельств предполагаемого преступления. В качестве места его совершения был определен офис «Военторга».

Большой объем материалов объясняет сложность будущего судебного исследования. Для проверки финансовых обвинений имеют значение договоры, первичная бухгалтерская документация, сведения о фактической стоимости товара, платежах и участии посреднических компаний.

Суду предстоит установить, какие операции имели законное экономическое основание, а какие, по версии обвинения, использовались для вывода средств.

Почему дело «Военторга» имеет значение для военных закупок

«Военторг» занимает заметное место в системе материального обеспечения российских вооруженных сил. Поэтому обвинения в нарушениях при исполнении контрактов затрагивают не только конкретных руководителей, но и вопрос контроля за расходованием государственных средств.

Снабжение армии включает тысячи наименований продукции. При этом значительная часть закупок требует участия производителей, логистических организаций и поставщиков сырья.

Само наличие посредников не свидетельствует о нарушении закона. Предметом проверки становится экономическая обоснованность их участия: какие услуги они действительно выполняли, соответствовала ли стоимость товара рыночным условиям и не использовались ли компании для искусственного увеличения расходов.

В случае с «Военторгом» обвинение построено вокруг предполагаемого завышения стоимости поставок. Но окончательные выводы о законности конкретных сделок и наличии хищения может сделать только суд.

Дело также показывает, почему для государственных закупок важен контроль не только итоговой суммы контракта, но и всей цепочки формирования стоимости продукции.

Что будет дальше с делом Павлова и Громова

Передача материалов в суд означает переход уголовного дела к стадии судебного рассмотрения. Это не является обвинительным приговором и не предрешает итог процесса.

В ходе разбирательства суд должен исследовать доказательства обвинения и защиты, установить обстоятельства заключения и исполнения контрактов, а также проверить доводы о размере предполагаемого ущерба.

Особое значение будут иметь финансовые документы и доказательства фактической стоимости поставленного имущества. От их оценки зависит, подтвердится ли версия следствия о многомиллиардной растрате.

По состоянию на 11 ноября 2026 года главное событие заключается именно в передаче дела бывшего руководителя «Военторга» и его предполагаемого соучастника в суд. Утверждения об их виновности или назначенном наказании пока были бы преждевременными.