В США впервые за 27 лет одобрен новый компонент солнцезащитного крема

9 июня 2026 года Управление по санитарному надзору за качеством пищевых продуктов и медикаментов США (FDA) одобрило первый новый компонент солнцезащитных средств для безрецептурного потребительского применения с 1999 года. Вещество называется бемотризинол, и для жителей Европы и Азии оно отнюдь не новинка: европейские регуляторы одобрили его ещё в 2000 году. Если вы привозили солнцезащитный крем из отпуска — из Мексики, Европы, Канады или Южной Кореи — вы вполне могли пользоваться им, не зная об этом.

Почему же США так долго отставали? И чем бемотризинол отличается от уже привычных фильтров?

Что происходит с кожей под солнцем

Около 10% достигающего Земли солнечного излучения составляют ультрафиолетовые лучи — невидимые, но опасные. Они делятся на два типа: UVB (волны 280–315 нм) и UVA (315–400 нм). Исторически основное внимание уделялось UVB — именно они вызывают ожоги. Но сегодня известно, что оба типа повреждают кожу.

UVB имеет больше энергии, но не проникает глубоко. UVA проникает глубже и повреждает ДНК, снижает упругость кожи и вносит вклад в развитие рака. Единственная естественная защита организма — меланин, тончайший слой пигмента в эпидермисе. Загар — это попытка кожи нарастить его, но она никогда не обеспечивает полной защиты.

Как работают солнцезащитные средства

Существует два принципиально разных типа.

Минеральные средства (с оксидом цинка или диоксидом титана) создают плёнку, которая в основном поглощает ультрафиолет, частично его отражает. Именно поэтому они нередко оставляют белесый след на коже.

Химические средства работают иначе: они покрывают кожу прозрачным слоем, действующим как «солнечная губка». Они поглощают фотоны ультрафиолета и рассеивают их в виде тепла через химическую реакцию. Бемотризинол — химический фильтр.

Ключевой характеристикой любого средства является SPF (Sun Protection Factor): чем он выше, тем лучше защита от UVB. SPF 30 означает, что лишь 1/30 лучей UVB достигает кожи — иными словами, блокируется около 97%. Дерматологи рекомендуют средства с SPF не ниже 30.

Что особенного в бемотризиноле

Существующие американские химические фильтры — авобензон, октиноксат, октисалат и другие — обычно комбинируются: одни блокируют UVA, другие UVB. Бемотризинол делает и то, и другое одновременно, не нуждаясь в партнёре.

Но это не единственное его преимущество. Молекулы бемотризинола предпочтительно остаются на поверхности кожи, а не проникают в кровоток — в отличие от ряда традиционных фильтров. Именно возможное всасывание химических компонентов в кровь стало одной из причин, по которым часть потребителей избегает химических санскринов (хотя вред от этого у людей не доказан).

Второй критически важный плюс — фотостабильность. Большинство химических фильтров разрушаются под воздействием солнечного света и требуют повторного нанесения каждые два часа. Бемотризинол деградирует значительно медленнее: его действие сохраняется от четырёх до восьми часов.

Почему США одобрили его только сейчас

Разница между регуляторными требованиями в США и Европе сложилась исторически. В Европе новые компоненты солнцезащитных средств регулируются как косметика — с более мягким порогом доказательности. В США они традиционно классифицируются как безрецептурные лекарства, что влечёт более строгие требования к клиническим данным, а процесс одобрения занимает десятилетия.

Американские потребители платили за это разрыв в доступе к современным формулам. Европейские и азиатские рынки между тем успели накопить более 25 лет опыта использования бемотризинола.

Читайте также по теме: том, почему лекарства делают кожу уязвимой летом.

Одобрение июня 2026 года закрывает этот разрыв. Независимо от типа — автор материала, биомедицинский инженер Гай Джерман из Университета Бингемтон, — с уверенностью говорит: «Любой солнцезащитный крем лучше, чем никакого. Ваша кожа отлично справляется с защитой вас от внешнего мира — так что берегите её в ответ».