Ген KDM2B связали с ростом двух групп детских опухолей мозга
Международная команда учёных — Исследовательский госпиталь Сент-Джуд и Центр детской онкологии Хоппа (KiTZ, Гейдельберг) — идентифицировала ген, поддерживающий рост двух наиболее опасных подтипов медуллобластомы — злокачественной детской опухоли головного мозга, для которых до сих пор не существует таргетных (прицельных) методов терапии. Работа опубликована в Nature Genetics 24 сентября 2026 года.
Медуллобластома — наиболее распространённая злокачественная опухоль головного мозга у детей. Она делится на четыре молекулярные группы. Группы 3 и 4 — высокорисковые. Именно они чаще всего дают метастазы, хуже поддаются лечению и несут наибольшие долгосрочные побочные эффекты от интенсивной терапии — химио- и лучевой — которую вынуждены получать пациенты при отсутствии прицельных препаратов.
Что такое KDM2B и как он был найден
KDM2B (Lysine Demethylase 2B) — эпигенетический регулятор: белок, «стирающий» определённые химические метки с ДНК-упаковочных белков (гистонов). Такие метки управляют тем, какие гены читаются клеткой, а какие молчат. Нарушение эпигенетики — один из ключевых механизмов онкологических заболеваний.
Исследователи обнаружили, что клетки медуллобластомы групп 3 и 4 зависят от KDM2B для своего роста. Эта зависимость была установлена через серию экспериментов с удалением и инактивацией гена:
- при удалении KDM2B рост опухолевых клеток достоверно замедлялся в клеточных линиях;
- в доклинических моделях на животных удаление или разрушение KDM2B с помощью деградера (молекулы, направляющей белок на уничтожение клеточными механизмами) также замедляло рост опухоли;
- функциональный механизм: KDM2B рекрутирует нижележащие белковые комплексы группы Polycomb, которые регулируют активность ключевых генов, обеспечивающих выживаемость опухолевых клеток.
Почему это важно и что впереди
Обнаружение KDM2B как общей молекулярной мишени для двух различных подтипов медуллобластомы ценно сразу по нескольким причинам.
Во-первых, это показывает, что несмотря на молекулярные различия между группой 3 и группой 4, они разделяют общую «ахиллесову пяту» — зависимость от конкретного эпигенетического регулятора. Это означает, что один препарат может потенциально помочь пациентам из обеих групп.
Во-вторых, открытие указывает на нижележащие комплексы Polycomb как на дополнительные мишени: если заблокировать их, это может дублировать эффект удаления KDM2B.
В-третьих, разработка деградера KDM2B — уже следующий логичный шаг. Деградеры (PROTAC-молекулы и аналоги) — один из наиболее перспективных новых классов противоопухолевых препаратов, позволяющих разрушать белки, которые традиционными ингибиторами не поддаются.
«Прицеливание на KDM2B или нижележащие белковые комплексы, которые он рекрутирует, может эксплуатировать уязвимость в высокорисковых подгруппах медуллобластомы, которые в настоящее время лишены таргетных терапий», — указывают авторы.
Читайте также: роли регуляции ДНК в борьбе с опухолями.
Все результаты пока получены в доклинических моделях — клеточных линиях и экспериментальных животных. До клинических испытаний на пациентах предстоит серьёзный путь. Однако идентификация чёткой молекулярной мишени — принципиально важный шаг в поле, где таких мишеней прежде не было.
