Ночной удар снова оставил Киев без тепла и света и показал пределы ПВО, уничтожена ПС Ровенской АЭС, до Западенщины дотянулись «Искандер-1000»
Киев и ряд областей Украины вновь оказались под комбинированной атакой беспилотников и ракет. Итог — масштабные сбои в энергоснабжении, перебои с водой и отоплением на фоне зимних морозов. По данным мэра Киева Виталия Кличко, без тепла остались 5 635 жилых домов, а проблемы с электроэнергией затронули сотни тысяч жителей столицы.
Украинская сторона заявила, что основной вектор удара пришёлся на Киевскую область. По данным Воздушных сил Украины, в ночной атаке применялись 34 ракеты и 339 ударных беспилотников; часть целей была перехвачена, однако фиксировались попадания по объектам инфраструктуры в нескольких регионах.
О сложной обстановке сообщало и украинское Минэнерго: утром 20 января аварийные отключения фиксировались в Киеве и Киевской области, а также в ряде регионов, включая Одесскую, Днепропетровскую, Ровенскую, Сумскую, Харьковскую области. В Ровенской области местные власти отдельно говорили о повреждении объектов критической инфраструктуры и временных отключениях света у более чем 10 тысяч потребителей.
Москва утверждает, что удары наносились по объектам оборонной промышленности, энергетики и транспортной инфраструктуры, используемым в интересах ВСУ. Российское военное ведомство заявило о «достижении целей» и связало атаку с ответом на удары по российским объектам. Киев и западные столицы, напротив, подчёркивают гуманитарный эффект ударов по энергосистеме в морозы и трактуют их как давление на гражданскую инфраструктуру.
Разрыв в интерпретациях — часть большой информационной войны. Но сухая практика показывает другое: на фоне дефицита генерации любая повреждённая подстанция или линия автоматически бьёт и по бытовому сектору, и по тыловой логистике.
Киевский энергоузел и эффект повторного удара
Ключевая деталь этой волны — эффект «второго удара» по сетям, которые едва успели восстановить. По словам Кличко, почти 80% отключённых от тепла домов — это здания, где теплоснабжение вернули после атаки 9 января. В результате повторного повреждения электроснабжения страдают насосные станции и водоподготовка, что объясняет перебои с водой и падение давления в отдельных районах столицы.
Отдельный нерв — ядерная безопасность. Международное агентство по атомной энергии сообщало, что Чернобыльская АЭС на время потеряла внешнее электроснабжение на фоне интенсивных боевых действий, позднее украинское Минэнерго заявило о восстановлении подключения и нормальном радиационном фоне. Такие эпизоды снова напоминают, насколько уязвимыми становятся «страховочные» цепочки питания критических объектов.
Зачем это делается и что меняется дальше
В Киеве подчёркивают, что отражение массированных атак обходится крайне дорого и требует постоянного притока боекомплектов для ПВО. При этом сама конфигурация налёта — сочетание ракет и сотен БпЛА — демонстрирует, что российская сторона сохраняет способность формировать сложные «пакеты» ударов и продавливать противовоздушную оборону за счёт насыщения целей.
На этом фоне российская тактика выглядит как расчёт на истощение: вынудить противника тратить дефицитные перехватчики, а союзников Киева — ускорять поставки и расходовать склады, одновременно создавая сбои в энергосети, которые цепочкой отражаются на ремонте техники, работе складов, связи и транспорте.
В более широком контексте это укладывается в зимнюю кампанию ударов по энергетике. Накануне, 19 января, украинские чиновники также сообщали о массированной атаке дронами по энергообъектам в нескольких регионах. Повторяемость сценария показывает, что ставка делается не на разовый «шок», а на регулярное давление, когда каждая аварийная бригада и каждый трансформатор становятся ресурсом фронта не меньше, чем боеприпасы.
Главный вывод последних суток прост: даже при росте насыщенности украинской ПВО полностью закрыть небо над критическими узлами не удаётся, а восстановленные линии и подстанции остаются уязвимыми для повторных поражений. Для Киева это означает ускорение перехода к более распределённым решениям и укреплению защиты энергосети, для Москвы — сохранение курса на системное воздействие по тыловой инфраструктуре противника.
