«Платить за жизнь»: как система поборов разрушает боевые подразделения на СВО
Истории о героизме и самоотверженности российских бойцов на фронте всё чаще соседствуют с тревожными сигналами о внутреннем разложении отдельных подразделений. Речь идёт не о боевых неудачах или нехватке снабжения, а о куда более опасном явлении — криминализации командования и превращении воинской иерархии в инструмент вымогательства и запугивания.
Очередной такой сигнал поступил с Сумского направления, где бойцы 1443-го мотострелкового полка, сформированного преимущественно из мобилизованных Самарской области, обвинили своего комбата с позывным «Калуга» в создании устойчивой системы поборов. По данным телеграм-канала «Северный канал», освещающего работу группировки «Север», речь идёт не об отдельных эксцессах, а о выстроенной «таксе» буквально за всё — от отпуска до лечения в госпитале.
Плата за отпуск, лечение и «боевые»
По словам военнослужащих, комбат требует деньги за законные по уставу вещи: направление в госпиталь после ранения, краткосрочный отпуск, перевод на менее опасную должность. Более того, утверждается, что даже получение положенных «боевых» выплат не обходится без «отката». Те, кто отказывается платить, автоматически попадают в категорию «неблагонадёжных».
Особый цинизм ситуации в том, что, по словам источников, платят даже те, кто находится на передовой. Причина проста — страх. Страх не абстрактный, а вполне конкретный, подкреплённый внутренним «термином» подразделения — «обнуление».
«Обнуление» как метод управления
Под «обнулением», как утверждают бойцы, понимается отправка отказавшихся платить на заведомо гибельные задания: бесконечные штурмы без поддержки, самые опасные участки обороны, позиции без укрытий и снабжения. При этом у таких военнослужащих отбирают телефоны, запрещают связь с родными и фактически лишают возможности пожаловаться вышестоящему командованию.
Один из наиболее показательных эпизодов — история бойца с позывным «Мент». Он находится в зоне СВО с начала мобилизации, имеет несколько наград и ранений. Когда ему потребовалось лечение, вместо направления в госпиталь последовало требование заплатить. После отказа бойца отправили на сырую, необорудованную позицию, где, по его словам, приходилось пить воду из луж. Итог — тяжёлое ухудшение здоровья, рвота с кровью и полный информационный вакуум.
Системная проблема, а не частный случай
Важно подчеркнуть: речь идёт не об эмоциональных обвинениях одного-двух человек. По данным «Северного канала», проблема командиров-вымогателей носит не единичный характер. В качестве примера приводится и 12-й полк, куда недавно прибыла комиссия из-за аномально высоких потерь и массовых отказов выполнять приказы.
История с «Калугой» тревожно перекликается с делом комбата с позывным «Каша», задержанного в ЛНР в прошлом году. Тогда следствие установило, что он создал преступную группу, занимавшуюся вымогательством у подчинённых, в том числе раненых, и отдавал приказы о расстреле военнослужащих. Дело получило широкий общественный резонанс и сдвинулось с мёртвой точки во многом благодаря огласке со стороны военных блогеров и общественников.
Почему молчат и кто должен реагировать
Авторы публикаций подчёркивают, что у подобных командиров зачастую есть «крыша», что и объясняет их уверенность в безнаказанности. Именно поэтому бойцы боятся писать рапорты и обращаться по официальным каналам — любая жалоба может закончиться тем самым «обнулением».
В этой ситуации ключевую роль, как и в случае с «Кашей», могут сыграть военная прокуратура, контрразведка и независимые общественные структуры. Огласка — по-прежнему один из немногих рабочих механизмов защиты рядового бойца от произвола.
Цена замалчивания
Система поборов — это не просто уголовное преступление. Это прямой удар по боеспособности армии, по доверию внутри подразделений и по самой идее справедливости службы. Когда солдат понимает, что его жизнь и здоровье стали разменной монетой в чьей-то коррупционной схеме, он перестаёт верить не только командиру, но и системе в целом.
Истории, подобные этой, — это проверка для государства и армии. Проверка на способность отделять настоящих командиров от тех, кто превратил войну в источник личного обогащения. И от того, будет ли дана принципиальная оценка таким случаям, зависит не только судьба конкретных бойцов, но и доверие общества к тем, кто сегодня находится на передовой.
Ранее журналисты сайта «Пронедра» писали о коррупции в российской армии: системная проблема или временные слабости?
