Хиджаб, микронаушник и отчисление: что произошло на экзамене в СПбГУ

История студентки из Алжира, отчисленной после экзамена в Санкт-Петербургском государственном университете, вышла далеко за пределы обычного академического конфликта. Сафа Булесбаа утверждает, что столкнулась с унизительным отношением из-за хиджаба и нарушением своих прав. Преподаватель, принимавшая экзамен, категорически отвергает эту версию и говорит, что речь шла о проверке на использование запрещённых устройств. Теперь обстоятельства конфликта предстоит оценить суду.

История получила огласку после того, как студентка обратилась за юридической помощью и при поддержке представителей Алжира решила оспорить своё отчисление.

Экзамен, который закончился отчислением

Сафа Булесбаа — студентка из Алжира, обучавшаяся в Санкт-Петербургском государственном университете по медицинскому направлению. Её академическая история, как утверждает сама девушка, завершилась после экзамена по дисциплине, связанной с восстановлением мягких тканей.

Обычная экзаменационная процедура, однако, по её словам, с самого начала проходила напряжённо.

Студентка утверждает, что вместо ожидаемой экзаменационной комиссии из нескольких преподавателей экзамен принимала одна педагог. При этом отношения между ними якобы были сложными ещё с первых лет обучения.

Особое место в рассказе Сафы занимает её хиджаб. По словам девушки, к её внешнему виду ранее предъявлялись претензии, а непосредственно во время экзамена преподаватель потребовала снять головной убор.

Для студентки это стало не просто требованием, связанным с проведением экзамена. Она восприняла произошедшее как посягательство на её религиозные убеждения и заявила о дискриминации.

Однако преподаватель описывает этот эпизод совершенно иначе.

«Никакого требования снять хиджаб не было»

По версии педагога, речь о религиозных убеждениях вообще не шла.

Преподаватель, проработавшая в СПбГУ около 18 лет, утверждает, что попросила студентку показать уши, поскольку во время экзамена возникли основания проверить, не используется ли запрещённое техническое устройство — в частности, микронаушник.

Принципиально важная деталь: педагог настаивает, что для выполнения этой просьбы снимать хиджаб не требовалось.

Таким образом, один и тот же эпизод участники конфликта трактуют диаметрально противоположно.

Для студентки это выглядит как требование отказаться от религиозного атрибута.

Для преподавателя — как стандартная проверка, связанная исключительно с обеспечением объективности экзамена.

При этом педагог отрицает, что срывала с девушки хиджаб, пыталась силой воздействовать на неё или «лезла руками в уши», о чём, по её словам, могли появляться утверждения в связи с конфликтом.

Более того, преподаватель утверждает, что сама студентка решила снять головной убор в ходе возникшей нервной ситуации.

Кто именно и в какой форме произносил соответствующие требования, теперь становится одним из ключевых вопросов всей истории.

При чём здесь микронаушник

Наиболее существенная часть конфликта, судя по имеющимся версиям, связана не столько с одеждой студентки, сколько с подозрением в использовании запрещённого средства связи.

Именно это обстоятельство, согласно опубликованным сведениям, стало причиной неудовлетворительной оценки и последующего отчисления.

Для любого университета борьба со списыванием и использованием электронных устройств во время экзаменов является принципиальным вопросом. Если студент действительно использовал микронаушник, это способно иметь серьёзные академические последствия.

Но если подозрение оказалось необоснованным, возникает другой вопрос: насколько корректно была проведена процедура проверки и имелись ли достаточные основания для принятия решения об отчислении?

Именно здесь академический конфликт превращается уже в юридический.

Почему студентка решила идти в суд

После экзамена Сафа получила неудовлетворительную оценку. Как утверждает студентка, ей не удалось добиться возможности полноценно ознакомиться со своей экзаменационной работой и понять, какие именно ошибки стали основанием для отрицательной оценки.

Дальше ситуация стала ещё сложнее.

По словам Сафы, она не смогла воспользоваться второй попыткой пересдачи: якобы из-за технической проблемы на сайте университета ей не удалось своевременно узнать информацию о дате и времени проведения пересдачи.

В результате девушка оказалась отчислена.

Сама студентка считает, что при принятии решения были допущены процессуальные нарушения. Кроме того, она связывает произошедшее с отношением к ней как к мусульманке, носящей хиджаб.

В конечном итоге спор вышел за пределы университета.

В дело вмешались дипломаты и юристы

Не найдя, по её словам, решения внутри университета, студентка обратилась к соотечественникам и адвокату.

Сообщается также о поддержке со стороны посольства Алжира в Москве.

После этого был подан иск в суд. Сафа требует признать её отчисление незаконным.

Таким образом, теперь речь идёт уже не только о конфликте между студенткой и преподавателем. Суду предстоит разобраться в последовательности событий: как проходил экзамен, какие требования предъявлялись студентке, были ли основания для проверки, каким образом оформлялись результаты, была ли предоставлена возможность пересдачи и соблюдались ли университетские процедуры.

Конфликт, в котором пока существуют две версии

Пожалуй, главная особенность этой истории заключается в том, что её невозможно объективно свести к формуле «студентку наказали за хиджаб» или, наоборот, «студентка пыталась выдать обычную проверку за религиозную дискриминацию».

Пока стороны дают разные объяснения одного и того же события.

Версия студентки: преподаватель негативно относилась к ней, потребовала снять хиджаб, после чего экзамен прошёл в унизительной и конфликтной обстановке. Девушка считает, что её права были нарушены, а последующее отчисление сопровождается процессуальными нарушениями.

Версия преподавателя: религиозная принадлежность студентки не имела отношения к экзамену. Проверка была связана с необходимостью убедиться в отсутствии микронаушника. Снимать хиджаб преподаватель не требовала, а сама студентка сделала это в ходе стрессовой ситуации. Отрицательная оценка, по версии педагога, была связана с результатами экзамена, а не с личным отношением к девушке.

Разобраться между этими версиями можно только на основании документов, свидетельских показаний и иных доказательств.

Почему дело оказалось настолько чувствительным

История приобрела дополнительный общественный резонанс из-за сочетания сразу нескольких факторов.

Во-первых, речь идёт об иностранной студентке, обучавшейся в одном из наиболее известных российских университетов.

Во-вторых, центральным элементом конфликта стал хиджаб — религиозная одежда, отношение к которой в образовательной среде неизбежно затрагивает вопросы свободы вероисповедания, университетских правил и требований к проведению экзаменов.

В-третьих, присутствует подозрение в использовании технического средства для возможного списывания. А это уже вопрос академической добросовестности.

И, наконец, существует процессуальная составляющая: даже если университет имел основания сомневаться в честности сдачи экзамена, процедура принятия решения должна соответствовать установленным правилам.

Именно поэтому судебное разбирательство представляет интерес не только для самой Сафы Булесбаа.

Где заканчивается религия и начинается экзаменационная процедура

В подобных конфликтах особенно легко попасть в ловушку односторонней трактовки.

Если требование показать уши действительно было связано исключительно с поиском электронного устройства, сам по себе этот факт ещё не означает дискриминации по религиозному признаку.

С другой стороны, если преподаватель действительно требовала снять именно хиджаб, а не просто показать уши, это уже существенно меняет оценку ситуации. Тем более если требование сопровождалось унизительной формой общения.

Не менее важен и вопрос о том, что именно стало основанием для неудовлетворительной оценки.

Если причиной была академическая неготовность студентки, это должно подтверждаться результатами экзамена и соответствующими документами.

Если же оценка стала следствием конфликта вокруг проверки, тогда возникает вопрос об объективности экзаменационной процедуры.

Суд должен ответить на главный вопрос

Сегодня эта история выглядит как столкновение двух принципов.

С одной стороны, университет обязан обеспечивать честность экзаменов и пресекать использование запрещённых средств. С другой — студент, независимо от гражданства и религиозных убеждений, вправе рассчитывать на соблюдение установленных процедур и уважительное отношение.

Поэтому главный вопрос заключается не в том, «хиджаб против университета» или «иностранная студентка против преподавателя».

Главный вопрос гораздо прозаичнее: что именно произошло в экзаменационной аудитории и были ли после этого соблюдены все предусмотренные правила?

Если суд установит, что университетская процедура была нарушена, решение об отчислении может быть поставлено под сомнение. Если же доказательства подтвердят обоснованность действий преподавателя и администрации, религиозная составляющая конфликта сама по себе не отменит академических требований.

Пока же окончательных выводов делать преждевременно.

Одно можно утверждать уже сейчас: история Сафы Булесбаа стала показательным примером того, насколько быстро обычный экзаменационный спор может перерасти в конфликт, затрагивающий религию, права иностранных студентов, академическую добросовестность и ответственность образовательной организации.

И теперь окончательное слово в этой истории, судя по всему, предстоит сказать не сторонам конфликта и не журналистам, а суду.

Ранее журналисты сайта «Пронедра» писали о скандале в школе: хиджабы разрешены, а русский головной убор под запретом