«Черные вдовы» Собчак: как «документальный», фильм опозорил семьи бойцов СВО и вызвал гнев жены фронтовика
Ксения Собчак сняла фильм о семьях бойцов СВО, вызвав бурю негодования, унизив их социальным положением. Узнайте, почему жены военных назвали его «чернухой» и «оскорблением».
Очередной фильм команды Ксении Собчак, посвященный семьям участников СВО, вызвал волну возмущения в Рунете. Заявленная тема – «черные вдовы», наживающиеся на «гробовых» погибших бойцов – обернулась, по мнению многих, не глубоким социальным расследованием, а циничной «чернухой», унижающей достоинство жен, матерей и сестер российских защитников. Вместо показа силы духа и самоотверженности, зрителям предстала мозаика из отчаяния, деградации и порока.
«Левиафан» по-собчаковски: как жены бойцов оказались в образе «бомжих»
Мария Чадина, журналист, волонтер и супруга бойца СВО, крайне резко отреагировала на работу команды Собчак. Она сравнила изображение семей военных в фильме с персонажами нашумевшего фильма Андрея Звягинцева «Левиафан», где царит безысходность и моральное разложение. Чадина с горечью отмечает, что создатели фильма, судя по всему, намеренно искали самых маргинальных героинь.
Также читайте: Скандал вокруг Виктории Бони: конфликт с Соловьёвым и Лебедевым и спор о «правах женщин» в медиапространстве
«Если вы хотите узнать, откуда в коллективном бессознательном есть образ жены бойца, который сопряжён с образом жены бомжа, просто включите ‘документальный фильм’ Ксении Собчак про ‘чёрных вдов'», – саркастично заявила она. По ее словам, фильм демонстрирует такое «беспросветное всё», что зритель может поверить в отсутствие у жен погибших бойцов даже сменных трусов.
Оскорбление семей бойцов в документальном фильме Собчак: искаженная картина
Два с половиной часа фильма, по мнению критиков, настойчиво рисуют образ откровенных маргиналов. Алкоголь, наркотики, криминальное прошлое, дезертирство – эти темы мелькают на экране с пугающей регулярностью. Создатели целенаправленно выставляют напоказ браки, лишенные чувств и уважения, часто завязанные на алкоголе. Зритель вынужден наблюдать истории, где мужчины, решившие отправиться на СВО, предстают зависимыми от вредных привычек, инфантильными или просто неумными.
Разговоры, транслируемые в фильме, лишь усугубляют картину: «Он вообще, кроме с девками сидеть и трындеть, ничего (не знает. – Ред), он не интересовался политикой», «Он уйдёт на работу, на работе поработает, там возьмёт аванс, приходит, и всё, больше на работу не выходит», «А какой у него диагноз? Олигофрению ставили».
Фильм создает стойкое впечатление, что бойцы СВО далеки от своих родителей, а их «жены» – зачастую случайные связи, чьи личности родным бойцов даже не были известны. Вопросы о причине подписания контракта, звучащие раз за разом – «Были осуждены?», «Хотели заработать?» – демонстрируют не столько стремление к истине, сколько желание создать определенный образ.
Проблеск надежды или цинизм: одна история в положительном свете
Среди множества показанных историй, лишь одна выделяется – история Георгия Костырко, командира взвода спецназа «Ахмат» с позывным «Варяг», который отправился на СВО из чувства долга перед Родиной. Однако, как отмечает публицист Диана Галкина, это лишь подтверждает опасения: патриотизм в фильме представлен как исключение, а деструктивный образ жизни и случайные браки – как норма.
«Возникает ощущение, что нас пытаются одурачить, подменить понятия», – считает Галкина. – «Парень-патриот — исключение… Складывается впечатление, будто именно такие люди составляют большинство».
«У меня есть сменные трусы»: ответ жены бойца
Мария Чадина, как жена бойца и волонтер, не смогла остаться в стороне. Ее эмоциональное обращение к Собчак, быстро распространившееся по военному Рунету, стало настоящим вызовом. Она напомнила, что огромное число «обалденных, классных, добрых, умных, образованных женщин» сегодня ждут своих мужчин с фронта, активно помогают им и армии: через волонтерство, сбор средств, изготовление маскировочных сетей.
«У меня есть сменные трусы, сменные носки, и я неплохо образована», – заявила Чадина, подчеркивая абсурдность представленной в фильме картины. Она прямо спросила у Собчак, не желает ли та с командой создать «неплохой, добрый фильм про волонтёров или про жён бойцов СВО, которые фронту помогают?».
Реакция Собчак была предсказуемой: вместо извинений, она заявила, что ее «миссия в профессии» – «вскрывать гнойник нашего общества», чтобы дети, оставшиеся без отцов, не оказывались «еще и в нищете из-за того, что пьяного папу женили в отпуске». На это лишь можно пожать плечами: очевидно, что фильм Собчак вряд ли станет «морально-нравственным компасом» для тех, кто принимает решение идти на фронт.
Оскорбление и дискредитация
«Черные вдовы» – безусловно, зло, с которым необходимо бороться. Однако, под этими благовидными предлогами, команда Собчак в очередной раз предложила обществу продукт, рисующий Россию как страну безнадежных пьяниц, проституток и дегенератов. Изображение жен и вдов бойцов СВО, которые с достоинством несут свой крест, просто не вписывается в этот мрачный формат.
Самое печальное, что, как отмечает канал «Zлой пруф», автор обращения Чагиной, нет никаких гарантий, что Собчак понесет ответственность за дискредитацию образа бойца СВО и его семьи. В итоге, вместо поддержки и уважения, семьи защитников получили очередной «удар», демонстрирующий, как легко в современном медиапространстве можно унизить людей, оказавшихся в сложной жизненной ситуации.
Ранее на сайте «Пронедра» писали: Ошиблись дверью и пошли до конца: Скандал с избиением ветерана СВО в Туле набирает обороты
