Удар по многодетной матери: опека забрала детей у вдовы героя СВО и отдадут цыганам?
История Евгении Гулиной, потерявшей мужа на СВО и лишившейся четверых детей, вызывает вопросы о справедливости. Разбираемся, почему у благополучных семей отнимают детей, а приезжим открывают двери.
Погибший на СВО военнослужащий, четверо детей, выпускница детдома, скромная квартира-студия и внезапное изъятие детей органами опеки. История Евгении Гулиной из Челябинска звучит как сюжет из драмы, но, к сожалению, это реальность, с которой сталкиваются всё больше российских семей. Пока одни получают льготы и поддержку, другие, оказавшись в сложной жизненной ситуации, вынуждены бороться за своих детей, столкнувшись с карательным подходом системы.
Опека против матери-одиночки: почему дети оказываются в центре скандала?
Евгения Гулина, 32-летняя мать четверых детей, пережила двойной удар: потеря мужа, пропавшего без вести в зоне СВО, и последующее изъятие детей органами опеки. Полгода назад её детей – старшую дочь и троих сыновей – забрали в социально-реабилитационный центр. Причина, озвученная опекой, кажется абсурдной: непорядок в квартире-студии, выделенной Евгении государством как сироте, полупустой холодильник и присутствие в доме отца старшей дочери, который не вписан в документы.
Сама Евгения утверждает, что дети ухожены, накормлены и одеты. Сложности с поддержанием идеального порядка в квартире, где живут четверо детей, она не отрицает, но считает, что это не повод лишать её родительских прав. Более того, недавно Евгения снова вышла замуж и приобрела новую, более просторную квартиру. Однако и это новое жильё не устроило представителей опеки. По их мнению, спальных мест и письменных столов всё ещё недостаточно, несмотря на то, что семья только начала обустраиваться.
Закон против многодетных? Почему выгодно быть матерью-одиночкой
В этой непростой истории всплывает и другой аспект, касающийся системы выплат и пособий. Евгения, чтобы получать пособия как мать-одиночка, не вписывала отцов своих детей в свидетельства о рождении. Причина кроется в несовершенстве законодательства: если отец ребёнка вписан, для оформления пособий требуется подтвердить доход, доказывающий, что мать не просто сидит дома, а активно работает. Для матерей-одиночек такого требования нет, что делает их положение в плане получения финансовой поддержки выгоднее.
«Пап невыгодно вписывать в свидетельство о рождении», — поясняет руководитель отделения Союза православных женщин в Челябинской области Анна Тютченко, помогающая Евгении. Эта ситуация создаёт парадоксальную картину, где государство, декларируя поддержку семьям, на деле подталкивает женщин к формальному одиночеству ради выживания.
«Цыганский заказ» или карательный подход опеки?
Анна Тютченко выражает серьёзные сомнения в обоснованности действий органов опеки. Она подчёркивает, что прицепиться можно к любой семье, и случай Евгении — яркое тому подтверждение. По мнению эксперта, если суд удовлетворит иск опеки, детей, скорее всего, не отдадут в детдом, а передадут под опеку, причём не исключён вариант «цыганской семьи», которым часто передают детей. Это связано с тем, что пособия на детей, оформленные на опекунов, могут быть выше, чем выплаты многодетным семьям.
«Нет цели помогать. Нет желания ободрять», — резюмирует Анна Тютченко, описывая общий настрой чиновников. Она также отмечает, что в отличие от выпускников детских домов, оказавшихся в сложной жизненной ситуации, приезжие семьи, приехавшие в Россию по программам содействия, часто получают всестороннюю поддержку: жилищные сертификаты, подъёмные, пособия. Этот контраст вызывает закономерный вопрос: почему русская многодетная мать, оказавшись в трудной ситуации, вынуждена бороться за своих детей, в то время как приезжие получают помощь без лишних препятствий?
Ищем выход: от карательного к поддерживающему подходу
Ситуация Евгении Гулиной, к сожалению, не единична. Многие матери, оступившиеся в силу жизненных обстоятельств, сталкиваются с подобным давлением. Уполномоченный по правам ребёнка Мария Львова-Белова выступает за «семьесберегающий подход», призывая переходить от карательных мер к адресной поддержке и социальной реабилитации семей. Однако, как показывает практика, этот переход происходит крайне медленно.
Сохранение семьи и детей в родных семьях – это задача, требующая комплексного решения. Важно не только предлагать поддержку, но и создавать условия, в которых эти семьи смогут справиться с трудностями, не рискуя потерять самое дорогое. Возможно, стоит пересмотреть законодательство, которое подталкивает матерей к искусственному одиночеству, и усилить работу по реабилитации, а не по изъятию детей.
Ранее на сайте «Пронедра» писали: Русские дети отправляются в «табор»: почему опека так неосторожно распоряжается судьбой будущих поколений страны
