Усиление спроса в Азии привело к росту цен на энергетический уголь из России
Энергетический уголь из России подорожал на азиатском направлении на фоне конфликта на Ближнем Востоке. Столкновение США и Израиля с Ираном привело к сбоям в поставках нефти и газа через Ормузский пролив. Помимо роста цен, ситуация стимулировали перераспределение спроса на энергетические ресурсы в пользу твердого топлива. На этом фоне российский высококалорийный энергетический уголь, традиционно ориентированный на экспорт в Азиатско‑Тихоокеанский регион, продемонстрировал заметный рост цен, но выгода от этих колебаний оказалась далека от однозначной, сообщает kommersant.ru.
По данным исследовательской компании NEFT Research, за неделю, завершившуюся 8 марта, котировки угля с теплотворной способностью 6000 ккал/кг на условиях FOB из дальневосточных портов поднялись на 13,6 % и достигли 96,7 доллара за тонну — максимума с декабря 2024 г. С начала года рост этой позиции составил 14,4 %, а в годовом выражении ‑ 16,8 %. Чистая экспортная маржа (нетбэк) за тот же период выросла на 47 %, до 2 974 рублей с тонны. Одновременно уголь с теплотворностью 5500 ккал/кг подорожал за неделю на 6,7 %, до 81,7 доллара, а годовой рост составил 16,4 %. Нетбэк по этому сорту увеличился на 31,9 %, до 1 801 рубля с тонны.
Рост цен на энергетический уголь из России – выгода ограничена
Аналитики связывают такой подъем с ростом мировых цен на газ, вызванным нестабильностью в ключевых поставочных регионах. Цена СПГ на биржевых рынках АТР в марте росла к максимумам с начала 2023 г., что вынудило энергокомпании в Японии, Южной Корее и некоторых других странах искать более дешевые источники топлива. Уголь, в отличие от газа, в ряде таких стран остается доступной альтернативой, особенно когда речь идет об обеспечении стабильной генерации ТЭС.
Читайте по теме: спрос на уголь не повысится – Богомолов оценил влияние блокады Ормузского пролива
Однако выгода для российских угольщиков от текущей ситуации оказалась неоднородной и частичной. В Южной Корее, например, импортные поставки российского угля 6000 ккал/кг на условиях CFR подорожали до уровней свыше 116–117 долларов за тонну, что создает привлекательную маржу для поставщиков. В Китае, крупнейшем в мире потребителе угля и крупнейшем импортере, рост котировок оказался более умеренным: предложения российского угля фиксируются около 102 доллара за тонну CFR. Китай, обладая значительными собственными запасами топлива и развитой угольной генерацией, менее склонен перекладывать рост фрахта на закупочные цены, так как не испытывает острой необходимости в значительных объемах импорта. Это снижает экспортный нетбэк для компаний, ориентированных на китайский рынок.
Факторы, поддерживающие рост цен на уголь, выходят за рамки геополитики. Страны‑экспортеры, такие как Индонезия, крупнейший поставщик угля в мире, планируют значимые сокращения добычи в целях поддержания цен, что ограничивает предложение на мировом рынке. В Австралии погодные аномалии и наводнения нарушили графики поставок, усиливая напряженность с поставками. В Китае собственное производство угля растет медленно — прогнозируется прирост лишь на 30–35 млн тонн, что стимулирует потребность в импорте, особенно в периоды пиковых нагрузок. Все это вместе с повышенными ценами на СПГ делает уголь более привлекательной альтернативой для энергетиков в АТР.
Возможности для роста цен ограничены
Тем не менее потенциал дальнейшего роста цен ограничен. После прохождения пика зимнего спроса энергетический рынок традиционно переходит в фазу коррекции. Рост цен, скорее всего, окажет влияние на финансовые показатели экспортеров, улучшив рентабельность деятельности, но вряд ли приведет к существенному увеличению физических объемов поставок в краткосрочной перспективе. При этом показатели нетбэка, хотя и выросли, все еще не способны компенсировать в полной мере затрат на добычу для большинства производителей угля.
Кроме того, отраслевые эксперты отмечают, что российские поставки угля испытывают давление и со стороны логистики. Рост стоимости фрахта и другие факторы увеличивают издержки, что осложняет конкурентоспособность на менее премиальных рынках. В результате компании, не имеющие прямого доступа к основным азиатским покупателям, оказываются в невыгодном положении, особенно по сравнению с теми, кто продает топливо на рынках Южной Кореи или Японии с более высокой платежеспособностью.
Ранее на сайте pronedra.ru писали, что конфликт на Ближнем Востоке поддержал уголь – цены выросли
