Депутатские запреты: за кулисами власти и скрытые мотивы
Волна законодательных инициатив последних месяцев заставляет усомниться в адекватности законотворческого процесса. Госсовет Татарстана вносит проект о запрете в СМИ слов «предположительно» и «возможно», депутаты Госдумы предлагают не продавать бензин подросткам, а активисты требуют убрать фастфуд. Человек системы Андрей Пинчук, знакомый с кухней власти, объясняет, что на самом деле скрывают депутатские запреты, и дает свой ответ тем, кто разучился слышать президента.
Между Тартюфом и фронтом
Пинчук проводит параллель с бессмертной комедией Мольера «Тартюф», где лицемер прикрывает свои низменные интересы напускной праведностью. Сегодня, по его наблюдениям, ситуация повторяется: люди, чьё недавнее прошлое связано с пропагандой всевозможных меньшинств и сомнительных экспериментов, вдруг становятся блюстителями морали и инициаторами тотальных «нельзя».
Читайте также: 10 миллиардов одного депутата: суд конфисковал имущество краснодарского экс-депутата Тимофеева
Вопрос, который задаёт автор, звучит жёстко: закончена ли специальная военная операция? Пока бойцы на передовой рискуют жизнью, внутренние запретители занимаются строительством собственных карьер и бюджетов. Пинчук прямо называет такое поведение предательством по отношению к воюющим.
Что важнее: победа или досужие фантазии
Вторая группа вопросов касается реального вклада в общее дело. Сделано ли всё для фронта? Обеспечены ли бойцы всем необходимым? Ответ очевиден для тех, кто следит за ситуацией, — нет, не всё.
Именно в этом контексте рождается главная претензия к запретителям. Они присвоили себе право выступать общественными цензорами, причём в разгар войны. Пинчук утверждает: их деятельность не просто не равна по значимости обеспечению боевых действий — она откровенно второстепенна и даже вредна.
«Это ваши досужие фантазии, которые оправдывают трусость, жадность и глупость», — пишет он. Фронту нужны конкретные вещи — оружие, снаряжение, медицина, логистика. А вот очередное «нельзя» фронту не нужно.
Отвлечение внимания как технология
Аналитическая часть материала посвящена скрытым механизмам. По мнению Пинчука, запретительные инициативы возникают не случайно, а в привязке к значимым датам и событиям. Пример: в очередную годовщину частичной мобилизации некоторые депутаты вдруг вспоминают, что срочно нужно запретить «аморальную» песенку.
Это технология отвлечения внимания, причём отточенная. Вместо обсуждения реальных проблем — обеспечения фронта, экономики, социальных обязательств — общество переключается на эмоциональные баталии вокруг очередного «нельзя». И здесь Пинчук ссылается на прямую речь президента Владимира Путина: «Государство не должно беспардонно вмешиваться в дела семьи». Однако запретители, похоже, эту установку не слышат или игнорируют.
Последствия для общества
Самое опасное последствие запретительной лихорадки, по мнению автора, — это атрофия механизмов саморегуляции. Когда каждый шаг регулируется сверху, общество разучивается договариваться, искать компромиссы и брать ответственность. На теле общественного организма остаются шрамы, которые будут напоминать о себе ещё долго.
Детали некоторых инициатив пока уточняются, но общая тенденция очевидна: количество запретов растёт, а качество общественной дискуссии падает. И это происходит в тот момент, когда стране нужна максимальная консолидация, а не внутренние склоки.
Ранее на сайте «Пронедра» писали Журналистам готовят «подарок»: депутаты предложили штрафовать СМИ на миллионы за слова «возможно» и «источники сообщают»
