Управление стратегическими инновациями в нефтегазовой корпорации: арктические месторождения и новые технологические ниши

18:03, 03 Июл, 2023
Александр Коваленко

Ведущий рубрики Александр Лебедев 

В гостях у рубрики “Проуправление” издания “Пронедра” Александра Клименко, которая результативно руководила направлением и портфелем стратегических инноваций в периметре крупнейшей российской нефтегазодобыващей компании.

Напомню лишь некоторые результаты работы Александры Владимировны:

  • Впервые в периметре Компании инициирована и реализована программа по выявлению и внедрению 114 цифровых решений для достижения углеродной нейтральности с наибольшим экономическим эффектом для Компании  (напомню, это одна из целей устойчивого развития ООН, разделяемая Президентом России, и один из самых популярных ESG-факторов, входящих в нефинансовую отчетность компаний);
  • Долгосрочные технологические стратегии развития арктических активов синхронизированы с цифровым и ESG-измерениями; 
  • Обеспечено лидерство в разработке и пилотировании стратегического проекта «Автономное месторождение в Арктике» с потенциалом отраслевого бенчмарка;
  • Для достижения финансовой и социально-политической поддержки в регионе портфель НИОКР был успешно интегрирован в инновационную стратегию Тюменской области и ЯНАО;
  • Впервые НИОКР-инициативы получили признание и поддержку на федеральном уровне: подписано соглашение о сотрудничестве со специальным представителем Президента России по цифровому и технологическому развитию Д.Н. Песковым о реализации проектов в рамках Национальной технологической инициативы в ЯНАО;
  • Разработана импортоопережающая технология для автономного (безлюдного) мониторинга скважин 24/7 без использования кабельных технологий, которая на порядок превосходит существующие бенчмарки Schlumberger, Baker Huges, Halliburton; 
  • Помимо корпоративного финансирования, НИОКР-программой заинтересовалась экосистема: российские венчурные фонды, эндумент-фонды ведущих университетов страны готовы совместно работать над НИОКР при софинансировании проектов — поддержка экосистемы достигала 500 млн. руб. 
  • Разработана методология и отпилотирован трансфер технологий и межотраслевая кооперация с оборонно-промышленным комплексом, атомной, авиационно-космической промышленностью;
  • На поток организован поиск прорывных технологий и наилучших доступных практик в инновационных хабах США, Израиля, ОАЭ, Индии. 

Это, мягко говоря, впечатляет. Уверен, ваш опыт будет полезен не только для предприятий отрасли недропользования, но им, с учетом отраслевой привязки решений — в первую очередь. 

Александра, расскажите, как вы пришли в нефтегазовую компанию, какой бекграунд у вас был? 

Клименко А.В. 

С 2011 до 2017 года я занималась сопровождением экспортных контрактов в Азиатско-Тихоокеанском регионе. На военных кораблях уходила в Индийский океан – это были испытания российской техники с искусственным интеллектом – до того, как «искусственный интеллект» стал мейнстримом. 

Для меня было высокой честью работать на кораблях ВМС Индии в интересах российских производителей бок о бок с американскими, французскими, израильскими монополистами – да, та самая политика диверсификации в Индии, когда весь зоопарк вооружений пытаются бесшовно объединить в единую информационно-управляющую систему корабля. 

Получив уникальный опыт сравнительной работы с монополистами США, Франции, Израиля, я защитила диссертацию на отлично, показав на основе анализа Big Data, как западные компании заключают сделки в сегменте IT и критических технологий за полтора – два года вместо 5 – 7 лет. 

Лебедев А.А. 

И вы стали применять военные технологии в гражданских стратегических проектах? 

Клименко А.В. 

Мой предыдущий опыт работы позволил «приземлить» критические технологии в нефтегазовые проекты, адаптировав их к программе роботизации арктических месторождений ПАО «Газпром нефть». В частности, своим особым вкладом считаю адаптацию критической технологии для создания внутрискважинных беспроводных телеметрических систем для эксплуатации на глубинах, недоступных для передовых аналогов США.

Проект контролировала лично — от написания техзадания исходя из полевых данных личного опыта в море до проведения испытаний на скважине. За реализацию этого проекта в 2023 году меня номинировали на международную премию «Женщины – ученые Арктики».

Уникальность проекта в Арктике состояла в решении сложнейших технологических вызовов – уход от кабеля и дорогостоящих погружных роботов на кабеле, обрыв которых может привести к простоям и даже консервации скважины с миллиардным убытком; одновременно необходимо решить вызов по автономному и взрывопожаробезопасному энергообеспечению телеметрических систем внутри скважины и месторождения в целом.

Прорабатывалось множество технологических гипотез – от мобильной атомной установки до ВИЭ, квантовой спинтроники и майнинг-ферм, подключенных к газовым скважинам для получения дополнительных экономических эффектов для компании. 

Преимуществом НИОКР-проектов является возможность рассмотреть весь класс технологий – от мейнстрима до «космоса» (это класс технологий, для которых нет “коробочных”, готовых решений и даже рыночных ниш; как правило, горизонт внедрения таких технологий 2030-е годы).

И ставка на стартапы, малый и средний инновационных бизнес, включая спиноффы крупных компаний с новой инновационной культурой, оказалась наилучшей практикой для проверки технологических гипотез с наименьшими финансовыми и операционными затратами. Доработки и испытания прорывной технологии со стартапом, как правило, не превышали 500 тыс.руб., а длительность проекта (проверка гипотезы) – не более 3 месяцев в случае программного обеспечения, и 6 месяцев – включая аппаратную часть. Эти два правила: бюджет не более 500 тыс.руб. и длительность не более 3 – 6 месяцев, стали настоящим вызовом для мастодонтов рынка – интеграторов, монополистов, которые оказались не готовы к логике венчурных (высокорискованных) проектов с жестким дедлайном без гарантий выхода на тиражные закупки. 

Лебедев А.А.

Что отличает мастодонтов от малого и среднего бизнеса? 

Клименко А.В. 

Понятие «подрывные технологии» (disruptive technologies) сформулировал американский ученый Клейтон Кристенсен, это инновации, которые создают новый рынок, вытесняя признанных лидеров — мастодонтов и меняя прежний способ работы, эксплуатации, потребления. 

Стартапы, малый и средний инновационный бизнес самомотивированы — они живут идеей проекта и желанием создать новые технологические ниши, те самые disruptive technologies.

Спиноффы корпораций отличались желанием сохранить редкие и все еще уникальные компетенции – это олдскул советской математической школы, которая лежит в основе сложнейших алгоритмов обработки цифровых сигналов (база кибер-физических систем), и ученых, бьющихся над физико-математическими задачами уровня Филдсовской и Абелевской премий. 

Лебедев А.А.

Это, по сути, управление стратегическими инновациями через корпоративный инкубатор, акселератор стартапов. Мне видится, этот подход актуален не только для компаний отрасли недропользования, а является сквозным для более широкого круга. 

Клименко А.В.

Верно, на вопрос «зачем корпорациям работать со стартапами» с уверенностью можно ответить – вам нужно работать с малым и средним инновационным бизнесом, если вы участвуете в цифровой и научно-технологической гонке. При этом вы можете сократить финансовые и временные издержки. 

Неотъемлемая часть научно-технологического прогресса – это проверка технологических гипотез. И цена ошибки «уйти не туда» в выборе технологической ставки может отбросить компанию в минус на несколько миллиардов – это не только расходы на НИОКР, но и потенциальная упущенная выгода.

При этом важно иметь сбалансированный и практически безрисковый портфель инновационных проектов. Каждая инновация и технологическая инициатива, исходящая от технических специалистов или корпоративных «евангелистов», – это все еще гипотеза, которая должна пройти 4 контрольные точки: 

1) технологическая проверка инициативы – осуществляется в рамках НИОКР (об этом говорилось выше); 

2) инвестиционная – уже на этапе испытаний необходимо продемонстрировать прямые экономические эффекты от внедрения технологии. 

Нам известен эффект завышенных ожиданий на этапе предпроектного анализа, что нередко приводит к итоговому росту сметы на 50% и выше. Испытания и тестовая закупка одной или несколько единиц оборудования с целью наработки эксплуатационной статистики служит технико-экономическим обоснованием внедрения и тиражной закупки. Не маркетинговые исследования рынка и анализ пилотных проектов конкурентов, что нередко является информационным «вбросом» и ложной технологической ставкой, т.е. стратегией экономического истощения конкурента; 

3) стратегическая: предлагаемая технология – это «быстрая победа» (прямые экономические эффекты и окупаемость достижимы в течение 1.5 – 2 лет), или «перспектива» — это новые бизнес-возможности на базе разрабатываемой технологии, где компания может оказывать новые технологические сервисы. Для сбалансированного портфеля новые бизнес-возможности составляют не более 30% от общего портфеля инновационных проектов. Внимание и основной ресурс на быстрые победы.

И, наконец, 4-ая составляющая успеха – это ESG-измерение проекта.

Лебедев А.А.

Это крупные проекты, изменяющие к лучшему жизнь большого количества людей. Вы ведь наладили взаимоотношение с регионами, получили поддержку?

Клименко А.В.

Своим особым вкладом на позиции единого ответственного лица по реализации портфеля цифровых НИОКР в Арктике я считаю инициативу и старт исследовательского проекта, поддержанного Правительством Тюменской области.

В результате НИР-проекта выявлены все типы экологических рисков в каждой производственной цепочке нефтегазодобывающей компании – на этапах геологоразведки, строительства скважин, вызова и интенсификации притока, исследования и ремонта скважин, обустройства месторождений и добыча, внутрипромысловый и межпромысловый транспорт нефти, подготовка, переработка, транспортировка и сдача нефти и газа.

Финансовый ущерб на каждом из этапов может составлять от 300 млн.руб. до 8 млрд.руб.

Одновременно предлагается 114 технологий снижения углеродного следа на каждом этапе производственно-технологической цепочки. 

Кроме того, проект получил межотраслевую поддержку. В Ассоциации промышленных предприятий Санкт-Петербурга готовы поддержать развитие и тираж технологий снижения углеродного следа с прямыми экономическими эффектами для промышленных предприятий. 

Та самая олдскульная физико-математическая школа и алгоритмы искусственного интеллекта уже сегодня позволяют повысить энергоэффективность парка котельных на угле до 70% (!) и развернуть энергетический дефицит предприятий на положительный энергобаланс (профицит). Все это позволяет снизить себестоимость выпуска конечной продукции.

Стоимость энергозатрат и тарифы составляют не менее 35% себестоимости конечной продукции. Предприятия готовы создавать зоны энергетической эффективности с другими эмиссионными предприятиями для коммерческой реализации профицита энергии и общего снижения валового эмиссионного выброса. 

Технология получила высокую оценку экспертов при промышленном комитете ООН. Рады продолжить работу как с малым и средним инновационным бизнесом – разработчиками технологий энергетического перехода, крупными вендорами для тиражирования технологий, и, конечно, заказчиками – промышленными предприятиями, готовыми пилотировать цифровые, технологические проекты с ESG-составляющей с прямыми экономическими эффектами для предприятия. 

Лебедев А.А.

Сильно. Подскажите, реализация этих проектов сейчас продолжается? 

Клименко А.В.

Мы продолжаем работу по линии Минэнерго, Минпромторг, Минцифры по совершенствованию проектного управления в нефтегазодобычных, горнодобывающих, оборонно-промышленных предприятий в части обязательного включения оценки экологических рисков, а также технологий снижения этих рисков и эмиссионных выбросов на этапе изысканий и предпроектной работы. 

Кроме того, ведется большая работа по линии зарубежных представительств Минпромторг для демонстрации решений потенциальным заказчикам из числа дружественных стран — это Вьетнам, Индия, Таиланд, Сингапур, Мексика, Аргентина, Ближний Восток. 

Готовы содействовать российским компаниям в продвижении их продукции и проектном управлении за рубежом. 

Лебедев А.А.

Благодарю вас, уверен, это не весь ваш опыт, который может быть полезен предприятиям отрасли. Надеюсь, мы продолжим общение в следующих статьях рубрики “Проуправление” издания “Пронедра”. 

Клименко А.В.

Открыта, приглашайте! 

*Выраженное мнение не является официальной позицией компании.

Поделитесь этой новостью
Комментарии (0)

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *